Российско-швейцарская резиденция
«ОКНО / WINDOW»
14.07-15.08 2020

Стремительные и совершенно непрогнозируемые изменения в мире поставили человечество в необычные условия. У нас есть средства, чтобы связаться с кем угодно в любой точке мира, мгновенно увидеть фотографии, видео, услышать голос. Но когда мы сами закрыты в наших домах и квартирах, единственный физический контакт с внешним миром это наше окно.





В резиденции мы объединили художников из двух разных стран, из разных городов с разной культурой и жизнью до пандемии, но со схожими ограничениями и страхами во время неё. Каждый художник рассказал свою историю о том, как он встретил пандемию, как пережил опыт самоизоляции, какие изменения произошли в его жизни, что теперь кажется важным и какие появились страхи и появились ли.




Участники резиденции:
Анна Зоммер (Цюрих),
Ирэн Шок (Биль / Бьенн),
Яннис ле Маччиа (Женева),
Андрей Покровский (Москва),
Марта Журавская (Санкт-Петербург),
Саяна Хомонова (Улан-Удэ).

Кураторы резиденции:
Анна Чефранова, Светлана Лядова.
Сборник со всеми историями и иллюстрациями участников можно посмотреть ЗДЕСЬ (переход на Google Диск, 6 Мб)

Работы и истории участников резиденции:
Марта Журавская
Яннис ле Маччиа
Саяна Хомонова
Анна Зоммер
Андрей Покровский
Ирэн Шок
История третья, рассказанная Саяной Хомоновой

Карантин преподал мне несколько уроков.
Сначала мне пришлось смириться с отменой поездки на Болонскую книжную ярмарку, которую мы планировали полгода. Затем стало невозможным поехать в Монголию — я с семьей живу на две страны, и вот одна из них — Монголия, для меня пока закрыта. И неизвестно когда откроется. Затем в Улан-Удэ начался жёсткий карантин. Всё так стремительно менялось, что я в какой-то момент впала в апатию и просто лежала и смотрела в потолок. Но моя замечательная дочка не дала мне долго пробыть в таком состоянии, она всё время требовала к себе внимания. Мы подолгу с ней гуляли в лесу.

Из-за того что не надо было никуда спешить, ехать и бессмысленно что-то планировать, я погрузилась в созерцание природы: первые подснежники, лес, который просыпается от зимы, моя дочь, которая радовалась пробуждению природы — всё это вернуло меня к жизни. В какой-то момент мне показалось, что я создана для карантина — мне было комфортно в этом размеренном ритме. Так как весна — время огородов, однажды я решила помочь своим родственникам вскопать картошку и, переусердствовав с этим, повредила себе правое плечо. Это повлекло за собой то, что я не могла целый месяц работать этой рукой — рисовать, готовить еду. Это был месяц вынужденного безделья, который непросто мне дался. Я поначалу злилась на своё тело и руки и на всю эту ситуацию, а потом подумала, что возможно тело хочет преподать мне урок, и урок этот — ценить то, что есть сейчас.

В этом сложном для меня состоянии, да ещё и во время самоизоляции, я почувствовала сильную тягу к общению с людьми. И однажды я, увидев с балкона соседскую девушку с двумя детьми, вдруг сделала то, что никогда не делала — крикнула с балкона: «Подожди!» И выбежала к ней на улицу. Мы разговорились, а потом начали общаться и гулять вместе. Это общение помогло мне: отвлекало от руки, которая не давала мне рисовать, от новостей про вирус.

Как-то возвращаясь с совместной прогулки я увидела солнце, которое уже садилось — и оно было большим, ярким и как-будто бы грело меня и успокаивало, и говорило, что всё будет хорошо. Моя рука стала поправляться, и я потихоньку возвращалась к рисованию и своей работе. Опыт такого безделья оказался для меня поучительным, и я поняла, что иногда ничего не делать — полезно, что бездействие иногда — самое лучшее действие.

А ещё во время карантина у меня родила кошка, это разбавило напряжение вокруг и эти котята нам скрасили карантин.


«Большое солнце, которое меня согревает»
«Ворон»
«Встреча с друзьями в Zoom»
«Ирена — волонтер в магазинчике»
«Комната Марты в Санкт-Петербурге»
«Большое солнце, которое меня согревает»
«Я помахал ей рукой на прощание...»
История четвертая, рассказанная Анной Зоммер

В район, в котором я сейчас живу, я переехала 10 лет назад.
Когда я сюда въезжала, это был довольно простой район с минимальной инфраструктурой. Но со временем здесь появилось множество баров, бистро и кафе. И так получилось, что напротив каждого окна нашего дома находится бар, из-за чего у нас достаточно шумно. А во время карантина — все шесть недель, бары были закрыты, и я наконец-то смогла выспаться в тишине.

Когда по телевизору объявили, что закрываются все непродовольственные магазины, меня это несколько напугало — для работы мне необходимы материалы из специализированных магазинов для художников. Я тогда запрыгнула на велосипед и понеслась закупать необходимый запас, потому что скоро такой возможности не будет. И не прогадала, так как работы у меня не уменьшилось, несмотря на карантин я всегда была чем-то занята. Хотя из-за пандемии мне пришлось отменить запланированную поездку в Канаду, где должен был проходить книжный фестиваль и презентация моей новой книги. Это несколько огорчило меня, но я понимала необходимость данных мер.

По утрам во время карантина можно было никуда не спешить, подольше не вылезать из постели, размеренно завтракать. Это оказалось удобно. Но под вечер меня охватывала печаль от того, что я не могу проводить время с друзьями, улыбаться и веселиться вместе со всеми. Мы попытались перенести наше общение в интернет — собираться в Facetime/Zoom, однако, как по мне, это ощущается совершенно по-другому, не так весело и приятно как увидеть друзей вживую. Я начала замечать, как быстро я устаю, как быстро портится моё настроение от нехватки обычного повседневного общения. Через пару недель карантина у меня даже начались кошмары, в которых мои близкие заболевали.

Единственное, что поддерживало во мне положительный настрой, это солнце. Оно у нас в Швейцарии редко скрывается за тучами, у нас на улице всегда была хорошая и красивая погода.

Потихоньку мы решили начать встречаться с друзьями, соблюдая социальную дистанцию. Гости приносили свои стулья, и мы сидели на расстоянии друг от друга — но это было настоящее живое общение, которого мне так не хватало.

«Zoom-вечеринка»
«Андрей и ворон»
«Ирена с книгами»
«Весеннее пальто Марты»
«Заходящее солнце»
«Вернулась»
«Zoom-вечеринка»
История первая, рассказанная Мартой Журавской

Моя короткая история про организацию маленького жилого и рабочего пространства, про круговорот предметов в замкнутом пространстве в период самоизоляции. История про маленький живой трансформер, напоминающий кубик Рубика.

Форма комнаты остается неизменной, но постоянно меняется, переливается её назначение: это рабочая мастерская, спальня, спортзал, столовая, компьютерный кабинет, хранилище то картин и рисунков, то одежды на разный сезон и предметов разной необходимости. Какие действия совершает героиня для того, чтобы собрать плоскость кубика и организовать маленькое помещение в нужное назначение? Какая комбинация и расположение предметов соответствует текущему статусу комнаты?

Например, чтобы начать рисовать, надо убрать кровать. Чтобы пообедать — подвинуть сканер. Пора начинать зум-тренировку с тренером — значит, время собирать художественные материалы, доставать кимоно. А чтобы лечь спать, нужно убрать спортивный инвентарь, вынести мусор, навести порядок и так далее. К самой себе в этой ситуации я отношусь с юмором, но как только после леденящего душу завывания северных ветров в наш город пришла Весна, я уехала на дачу.

«Автопортрет в кабинете №2»
«Воображаемый бар»
«Вдруг всё перевернулось»
«Клубень»
«Ирена вспоминает русские слова»
«Вороны»
«Автопортрет в кабинете №2»
История вторая, рассказанная Яннисом ле Маччиа

Карантин застал меня во Франции — вместе со своей знакомой я жил на съемной квартире в Леоне. В самом начале карантина я вывез все свои вещи из студии, которую мы с друзьями снимали, и продолжил работу дома. Так что с наступлением карантина для меня в рабочем плане ничего особо не изменилось.

И всё вроде было хорошо, но как-то раз, позвав свою соседку обедать я понял, что она не отзывается. Я решил проверить, что с ней. Заглянув к ней в комнату я увидел, что она лежит на своем коврике для йоги и едва дышит. Она не могла толком говорить, дышать могла только лежа на спине, а встать для неё было чем-то невероятным. Я сразу позвонил в больницу, оператор мне ответил: «Извините, ближайшая скорая сможет к вам приехать только к двум часам ночи, но в 5 километрах от вас есть больница, которая может вам помочь». С такими симптомами всё, что они смогли сделать, это дать нам адрес, куда нужно самостоятельно доставить больную. Я решил, что мы не можем ждать и нужно спешить, поэтому вызвал такси и отнёс её до машины. Мы поехали. Таксист напрягся, когда понял, что мы едем в больницу и моя спутница еле дышит. Все были напуганы новостями про вирус.

Мы доехали до больницы и увидели огромную очередь. Растерянные люди, куча сбивающих с толку и написанных от руки объявлений. Я уложил соседку на газон и стал искать помощь. Мне повезло поймать медбрата, который осмотрел её и подтвердил, что у неё все симптомы коронавируса. Но при этом он сказал, что эта больница не может ей помочь, ведь у неё тест на вирус не сдан! А они принимают только людей с положительно сданным тестом. Нервы у меня уже сдавали — второй раз нам уже отказывают в помощи! Нам дали ещё один адрес, другой больницы, где должны были быть тесты. Для здорового человека путь занял бы всего пять минут, но моя соседка едва на ногах стояла, поэтому мы шли около получаса, я помогал ей как мог. В этой второй больнице не было очереди, что нас обрадовало, и мы сразу пошли в регистратуру. Однако, вместо ожидаемой помощи на нас стали кричать: «Вы сейчас всех заразите! У неё вирус!» Тестов нам здесь никто не сделал, вместо этого они нам вызвали МЧС.

Приехала целая бригада людей в спецкостюмах, они замерили температуру, взяли анализ и увезли мою соседку в больницу. Когда её клали в автомобиль скорой помощи, это выглядело ужасающе — люди в спецкостюмах и она одна, а я ещё помахал ей рукой на прощание. По дороге домой я всё думал, что это был как-будто совсем прощальный знак. Меня это тревожило.

Я пришёл домой, и уставший сидел на диване, обдумывая и переживая последние события. Вдруг, в два часа ночи я услышал, что кто-то открывает входную дверь — это оказалась моя соседка! В больнице ей дали какое-то лекарство, ей стало лучше и её отпустили домой. Так что всё закончилось хорошо. Но две недели мы всё равно должны были сохранять карантин.

«Короновирус. Карантин»
«Древний Гарни. Гнездо ворон»
«Закрытые бары и социальная дистанция»
«Маленькая собачка. Гробы и коробки»
«Кубик Рубика Марты»
«Заходящее солнце. Кошка и котята»
«Короновирус. Карантин»
История пятая, рассказанная Андреем Покровским

Пандемия кардинально мой образ жизни не изменила — ещё до появления ограничений я большую часть времени проводил дома за работой или отдыхом. За время карантина со мной не приключилось никаких выдающихся историй, тем не менее, я часто мысленно возвращался к двум сюжетам.

Сидя дома, я прочел достаточно новостей о том, что происходит в связи с пандемией в мире и в моем городе, следил за ужесточающимися ограничениями на передвижение. Каждый день я выглядывал в окна, чтобы посмотреть, много ли на улицах народу, насколько сильно изменились улицы, когда с них исчезли люди, и соблюдает ли кто-нибудь вообще режим самоизоляции или никому нет дела. Мне повезло: наблюдать за внешним миром было очень удобно — у меня в стене ряд из 4 окон высотой больше человеческого роста и ряд окон в потолке. Тем не менее, я вижу лишь кусочек прохожей улицы. В первую очередь окна выходят на территорию офисов, перед которой растет ряд деревьев, кроны которых находятся прямо напротив меня. На этих деревьях уже больше года живут четыре вороны, и я регулярно подглядывал за ними. А порой они приземлялись мне на крышу и ходили по моим окнам, оставляли на них куски неопознанных костей и прочий мусор...

Сейчас, когда я стал куда чаще смотреть в окна, я начал всё больше обращать внимание на их жизнедеятельность: как они себя ведут, общаются, что делают. Я заметил, что одна из ворон в какой-то момент исчезла и больше не появлялась, а остальные вороны где-то в течение недели порой разражались неописуемо отвратительными воплями, которых я от них раньше никогда не слышал. Совершенно незатейливая городская орнитологическая ситуация на фоне информационного голода в четырех стенах и долгого наблюдения за этими птицами взбудоражила мое воображение и породила сильную необъяснимую эмпатию, заставив всерьёз беспокоиться и переживать о судьбе четвертой вороны. Она не вернулась к моим окнам, тогда как три оставшиеся всё ещё здесь, хотя и стали появляться в поле зрения куда реже. Я предполагаю, что она могла погибнуть при самых разных обстоятельствах, а оставшиеся вороны потом какое-то время орали из-за повышенной тревожности или тоски по сородичу.

Параллельно с этим из всей истории с вирусом больше всего меня тревожили закрытые границы, так как для меня путешествия являются критически важным аспектом. Мне повезло успеть вернуться из своего последнего путешествия: в марте прямо перед началом карантина я побывал в Армении. Я ездил туда всего лишь на два полных дня, у меня была определенная задача — своего рода магическое паломничество. Мне удалось поработать в очень особенном месте — в языческом храме Гарни. Мне интересны памятники античности, и наличие стоящего в сохранности римского храма в Армении меня уже давно очень интриговало. История этого путешествия складывалась долго, и вот оно случилось. Живопись, которую я там написал, вышла, мягко говоря, неважной. Меня это особо не расстроило, так как я чувствовал, что моей главной задачей было не столько сделать работу в этом месте, сколько просто поработать в этом очень особенном контексте. И свою задачу я выполнил. Вскоре после моего возвращения закрылись границы и начался карантин, и сейчас я хоть и очень жду их обратного открытия, но чувствую какую-то глубокую удовлетворенность, что успел это сделать до того, как доступ в эти места мне был перекрыт на неопределенные сроки.

«Армения. Храм Гарни»
«Армения. Храм Гарни»
«Цифровой бар»
«Мусоровоз посреди дороги»
«Марта переезжает на дачу»
«Прогулка по картофельному полю в лес. Шаман открывает дорогу в Монголию»
«Такси до больницы»
История шестая, рассказанная Ирэн Шок

Я бы хотела начать рассказ с описания места, где я живу.
Бьенне — небольшой город, наполненный самыми разными людьми, здесь живет много художников. Мой дом находится рядом с большой дорогой, которая ведёт к горам, и мне кажется, что автомобилисты, которые едут по этой дороге и видят мой дом, думают, что здесь живут бедные люди. Колорита добавляют крутая лестница и расположенный рядом морг. Но из наших окон открывается фантастический вид на горы и город, этот вид компенсирует всё. Со стороны дома, которую не видят автомобилисты, у нас роскошный сад, где мы можем встречаться с нашими соседями, устраивать барбекю, заниматься садоводством.

Во время карантина я решила стать волонтёром в нашем кооперативном магазине — помогала с доставкой продуктов. Магазинчик маленький и чуть ли не единственный в округе из работающих в карантин. По регламенту в нём могло находится только два человека, а это значит, что остальные должны были стоять на улице в очереди, соблюдая социальную дистанцию. Так или иначе это приводило к общению — это были достаточно трогательные моменты. Кстати, одна из моих соседок — женщина из Киргизии, и во время карантина я с ней чаще стала общаться и вспоминать русский язык, который давно учила.

Так случилось, что на время карантина я взяла к себе собаку своей подруги. Я думала, что мои дети будут с ней гулять и играть, но в итоге большую часть времени я гуляла с ней сама. Однажды во время такой прогулки я увидела мусоровоз, стоявший прямо посреди улицы, а оба работника спокойно стояли около него и пили кофе. Я, проходя мимо, спросила у них, как им самоизоляция? И они, немного посмеявшись, ответили: «Нам очень нравится, можно спокойно и без лишней суеты выпить стаканчик кофе и не думать о том, что ты мешаешь машиной окружающим». Я встречала их ещё много раз после этого: и в дождь, и в ясную погоду, и каждый раз они навевали мне одну мысль: «Как нас сплотила самоизоляция, нам стало намного проще просто подойти к незнакомому человеку и начать общаться, наладить первый контакт друг с другом».
Скрасить наши карантинные будни очень помогло то, что мой муж работает в библиотеке, и он приносил нам разные книги и фильмы. Для меня это очень важно — читать и узнавать что-то новое, это как еда для меня.

Карантин конечно повлиял на мою работу — мне пришлось отложить свои проекты, потому что мне нужно было полностью посвятить себя детям. Ведь школы были закрыты, и всё обучение проходило дома. И даже музыка и занятия спортом. Мы достаточно интенсивно общались с преподавателями, мне было приятно осознавать, что где-то на другом конце города кто-то, несмотря на всю ситуацию, продолжает посвящать свое время детям, учить их.

Когда режим самоизоляции закончился, я отдала собаку хозяйке, дети пошли в заново открывшуюся школу, и вдруг мы с моим мужем заболели гриппом (это точно был грипп). Мы поняли, что очень устали после самоизоляции.

«Карантин в Бьенне»
«Андрей и ворон»
«Карантин. Анна мчится на велосипеде»
«Карантин в Бьенне»
«Марта и весна»
«Травма руки»
«Больница»
Друзья и партнёры Фестиваля «Морс» 2020:
Наши контакты:

Международный фестиваль книжной иллюстрации и визуальной литературы «Морс» 2020

e-mail:
berrywaterfest@gmail.com
market.berrywaterfest@gmail.com

Телефон:
+7 915 109 54 74

Юридический адрес:
Москва, ул. Александры Монаховой, 88\1, 215